10,99 КБ




17/02/  секрет


В конце сентября в семье Ульяновых поселился секрет.
Володя стал часто приходить домой из гимназии позже, подушечки пальцев его были зеленоваты, зрачок не реагировал на свет. Сестра Володи Мария перестала носить форму с короткими рукавами. Говорила, что холодно на дворе.

В доме часто слышался стук пишущей машинки из комнаты Александры.
Особено на это жаловался Володя. Пишущей машинки у Александры никогда не было. Да и зачем они была ей, в два-то с половиной года от роду.

Мария попросила у мамы разрешения оставлять себе деньги за уроки.

Однажды, когда Володя после трехчасового чтения книги все еще не перевернул ни одой ее новой страницы, отец призадумался. Его раньше радовала вдумчивость сына, но теперь, глядя на перевернутую вверх ногами книгу за нулевой класс гимназии в руках выпусника Володи, отец не знал, право, что и думать. Он решил присмотреться к детям. Будучи колледжским смотрителем, своих детей не понимаю, думал он тревожно.

Стук пишущей машинки в комнате Александры стал как будто сильнее. По крайней мере, Мария тоже стала замечать его. Отец решил действовать.

Как-то раз, когда Владимир что-то снова высматривал в пустом окошке старого секретера, который все собирались отдать в ремонт, отец подозвал его:
- Владимир, подойдите.
- ...
- Володя!
- Это...
- Володя, подойди, пожалуйста ко мне сюда.
- Да, па, - соориентрировался Володя.

Отец положил ему на плечо руку.
Другой рукой сильно сжал яички будующего вождя мирового пролетариата.
Пахнуло пивом от отца, а Володя быстро уписался. Хорошо еще, что не поел, ясно подумалось ему.

- Если еще раз, долболоб, я что-то увижу, уебошу мгоновенно, учти. Как ты понимаешь, "что-то" - это, блять, не снег на елке. Это, блять, такое что-то, по чему видно, блять, что ты снова обдолбался.
С сестрой твоей я уже перетер, она поняла, хотя яиц и не имеет. Машинка, блять, больше стучать не будет, это уж точно. На этом, Владимир, я полагаю наш разговор оконченным продуктивно. Сдристнул теперь отсюда в свою комнату, подсосок.
- Да, па.

Разум Володи быстро прояснялся. Когда он выходил из комнаты, отец смягченно улыбнулся:
- Лучше пиво пей, сынок...

И понеслась.